Фильм «Вне/себя» (Self/less) «У бессмертия есть побочные эффекты…»

Назад
НОВОСТИ

4-54-24-104-94-74-114-144-8О ЧЕМ КИНО: в будущем становится возможным победить смерть с помощью имплантации своего сознания в молодое тело, созданное методом генной инженерии. Этой технологией, получившей название шеддинг, обладает компания «Феникс» доктора Олбрайта (Мэттью Гуд). Шеддинг — процедура дорогостоящая и проводится подпольно, а поэтому доступна лишь ограниченному кругу лиц. Умирающий от рака строительный магнат Дэмиен Хэйл (Бен Кингсли) решается на это и за 250 млн.$ получает возможность прожить еще одну жизнь. Поскольку Хэйл — человек заметный, имитируется его смерть в публичном месте на глазах у давнего друга Мартина О’Нила (Виктор Гарбер). После завершения процедуры он должен целый год принимать таблетки которые гасят иногда возникающие непонятные галлюцинации, которые Олбрайт объясняет просто: «У бессмертия есть побочные эффекты». Однако, когда Дэмиену приоткрывается тайна происхождения нового тела, люди из «Финикса» начинают за ним охоту. И они не остановятся ни перед чем, чтобы защитить свои интересы…
ВПЕЧАТЛЕНИЯ И АКТЕРЫ: интрига ясна уже по синопсису, поэтому гораздо интереснее разобраться в другом: как индийский визионер Тарсем Сингх, постановщик эффектных костюмированных картин «Клетка», «Запределье», Война богов: Бессмертные» и «Белоснежка: месть гномов» — вдруг взялся за триллер по сценарию испанских братьев-режиссеров Пастор. От любви Сингха к громоздким конструкциям, избыточным костюмам и красивым видам в фильме «Вне/себя» остались лишь сарай с гигантскими карнавальными масками, сцены «галлюцинаций» (воспоминания тела о прошлой жизни), композиция пары кадров, да двухэтажная люстра, льющаяся на пол, как подол платья. В остальном — стойкое ощущение, что после неубедительных сборов «Белоснежки..» режиссера посадили на седативное, а он, как герой фильма, по чистой случайности один раз пропустив прием лекарств, все-таки снял яркую нарезку в первой трети картины, когда Рейнольдс выходит на пробежки, посещает клубы и затаскивает в постель девиц одну за другой под аккомпанемент уличных шумов и агрессивного нью-орлеанского джаза. Новый Орлеан, как и самого Сингха, во «Вне/себя» также тратят вхолостую: привозить героя в места, где бродил и пугался каждой вуду-статуэтки Гарри Эйнджел из «Сердца ангела», и не напустить даже пол-облачка южной готики — это, по крайней мере, странно. На контрасте с прошлыми фильмами, прямо скажем, глуповатыми, но красивыми, режиссер снял кино более ровное, но практически начисто лишенное индивидуальности.
А ведь на этом материале Тарсем Сингх мог устроить настоящий цирковой аттракцион — с переносом сознания, фантомными воспоминаниями туловища, негуманным оскалом науки с целями самыми возвышенными — который затем повел бы зрителей тропой родительского раскаяния (Дэмиен Хэйл был крупным строителем, но никудышным отцом), пересекающейся с конфликтом бедных и богатых. Но акценты расставились иначе, «Вне/себя» делает ставку на сюжет и артистов — и Райан Рейнольдс, при эпизодической, но ударной поддержке Бена Кингсли и Мэттью Гуда, тащит фильм к открыточному финалу: даже научная, а не индуистская реинкарнация для того и дана, чтобы осознать прижизненные ошибки, в противном случае «родишься баобабом и будешь баобабом тыщу лет, пока помрешь».
Бен Кингсли и Райан Рейнольдс играют выше всяких похвал, причем Рейнольдс совсем не теряется на фоне своего более авторитетного коллеги, тоже выкладывающегося на полную. Возможно, не самая броская, но очень крепкая работа Райана в кино. Ну а Кингсли — это всегда Кингсли, в каком бы фильме он не играл, его персонаж, как правило, всегда остается в памяти, главная это будет роль или всего лишь маленький эпизод. Не стал исключением и фильм «Вне/себя».
Главным минусом для меня стала развязка. Что произошло — спойлерить не буду. Но все сделано в духе настоящего индийского кино, что наверное не удивительно, ведь режиссер Тарсем Сингх переехал в США в возрасте 24 лет.
Специально для STARBOM.com Николай Лежнев