Денис Путинцев для Karabas Live: Группа SINOPTIK на концерте Оксаны Билозир

Назад
Шоу-бизнес

Денис ПутинцевПродюсер и медиаменеджер Денис Путинцев специально для Karabas Live создал портал коннекта параллельных миров и делится своим новым экспериментом

На сольник Оксаны Билозир мы пошли с двумя Димами из SINOPTIK – фронтменом Димой Синоптиком и бас-гитаристом Димой Сакиром. Барабанщик Виктор Герчев (он, кстати, в 2015-м выиграл в США конкурс от ударника легендарных Cream Джинджера Бейкера) набирался сил после записи альбома и перед туром в его поддержку. Да, у SINOPTIK скоро выходит новый альбом.

Интересно наблюдать за поведением людей из параллельного мира, которые впервые оказались в стенах главной концертной площадки страны – Дворца «Украина». Димы вели себя непосредственно, как дети в зоопарке: делали неуклюжие снимки в холле, кривлялись возле тележки с поп-корном, повсеместно показывали «козу» и нежно троллили продавщицу «мерча» от Народной артистки Украины.

«Донецкие идут на концерт львовских», — торжественно оповестил я перед входом в зал. Кто бы мог подумать, что эта фраза окажется пророческой: то, что изначально позиционировалось как забава, по ходу дела превратилось в серьезный разговор с нотками душевной боли.

Родное донбасское «А шо это? А это шо?» растопило меня изнутри. Я чувствовал себя пионервожатым, обеспечившим культурную программу подвальным сорванцам. Ну, а как еще можно чувствовать себя после таких вопросов и диалогов:

— Чувак, а чего они делают?

— Да это они хлопают! Зовут, типа, на сцену!

— Денис, а это здесь снимают все новогодние телештуки, с этими попсовыми летающими кранами с камерой, да?

— А кто это?

— Какой-то Петро Мага… Слышишь, он сказал, что в зале собралась «еліта українського шоу-бизнесу»…

— Чувааак! Наконец-то про нас хоть что-то сказали!

После появления балета Оксаны Билозир – четверых лощеных хлопцев:

— Та ты шо! Не гони! Я вообще не понимаю, шо происходит!

Но музыкальный перфоманс обретал все более надрывный акцент. Больше кадров из АТО и песен про войну– меньше веселья у моих героев.

— Денис, давай уже интервью, а? – попросил Дима Синоптик.

Мы перебежали сквозь снежную пелену из парадного входа Дворца «Украина» в микроавтобус «синоптиков». И у нас случилось статичное интервью на колесах, пока Дима прогревал авто.

Денис Путинцев 3Вы впервые побывали на перфомансе такого формата и впервые посетили главную площадку страны – Дворец «Украина». Для начала о ваших впечатлениях как музыкантов.

Dima Sinoptik (DS): Саунда не было вообще! Не было звука, который эти люди, как мне кажется, могли бы себе позволить. Да, Оксана Билозир пела живьем. Но сопровождал все это «минус» и даже порой «плюс». Музыканты играли в дабл, «на полшишечки».

Ну, у них такая задача была.

DS: Я не имею ввиду «валево», чтобы публика в зале вешалась. Я говорю о качественном саунде. Помню, в Англии мы были на концерте этно-группы. И даже если они играли тихо, аккуратно, все равно низы держали та-а-ак… Как в театре. А здесь работал телевизор. Причем, звук у телевизора был тоже средний.

Дима Сакир (ДС): Я не знаю, какие бюджеты у этого шоу. Думаю, не самые скромные в нашей стране. Можно было устроить что-то пограндиознее, что-то более яркое. А так все шоу заключалось в четырех пациках-танцорах, которые периодически что-то там  выджигичевали вокруг вокалистки. Да, она тоже руками разводила и плавно по сцене перемещалась. Собственно, в этом и все шоу. Ну, и аранжировочки из 90-х меня порадовали.

Бывший Министр культуры доказала, что она умеет петь. Окей. Голос не выдающийся, но хороший. Все нормально

Мне кажется, они рассчитаны на целевую аудиторию, собравшуюся в зале.

ДС: Да, чувак, даже если они свои старые песни переаранжируют, их не поймут.

DS: Ну, они переаранжировывают. Просто получается это искусственно. Мол, молодежи нужно прививать любовь к украинской музыке. Поэтому давайте засунем прямую бочку и синтов побольше.

ДС: Чувак, какие синты?! Мне кажется, я слышал ямаху-самограйку из 90-х.

DS: Наверное, на их уровне это, типа, прогресс. Бывший Министр культуры доказала, что она умеет петь. Окей. Голос не выдающийся, но хороший. Все нормально. Если же говорить о каком-то композиторстве, меня не покидало ощущение, что все это я уже когда-то слышал на корпоративах, где нам с Димой частенько приходилось ставить звук.

ДС: Водитель маршрутки постоянно приобщает меня к подобному репертуару. Если в сборнике подобной музыки будут треки Оксаны Билозир, я вряд ли смогу их отличить.

Думаю, если Оксане Владимировне включить ваши треки хоть в сборнике, хоть не в сборнике, она тоже вряд ли их идентифицирует.

DS: Конечно. Но мы сейчас о другом. Вот вышел этот молодой чувак на ее концерте (Ivan NAVI – ред.) Вокальные данные у него отличные, фирмовые. И он это показал в секундном куске перед стартом «минусовки». А потом все обломилось – стало ровненьким, для телевизора.

SinoptikДима, это конъюнктура. Это бизнес, равнение на потребителя.

DS: Я этого не понимаю. Я к этому не готов. Они нам говорят, что Украина идет в Европу, а потом мы получаем вот такие шоу. Группе SINOPTIK особо не убежать от гитары, баса и барабанов. Но тут на сцене 30 профессиональных музыкантов! А я, как музыкант, не проникся. Никто из этих музыкантов не продемонстрировал ничего. Хотя по уровню промоушна концерта на фасаде Дворца «Украина» я надеялся, что получу удовольствие от работы именно музыкантов.

ДС: Там было столько бэков, подложек… Можно было взять качественных бэк-вокалистов, вызвучить их нормально.

DS: Я тебе больше скажу: любой из этих струнников в оркестре по-любому закончил консу (консерваторию – ред.) и прекрасно сможет тебе спеть.

Давайте пофантазируем. Теоретически вы представляете себя на разогреве у Оксаны Билозир? И наоборот?

DS: Мы даже не представляли себя на разогреве у «Океана Ельзи» на Олимпийском. Теперь мы понимаем людей, которые тогда смотрели на нас глазами, которыми мы сегодня смотрели на шоу Билозир. Они пришли на Вакарчука и компанию, а во время нашего выступления не понимали, что происходит.

Мы сидели на балконе. И мне казалось, что я нахожусь на втором этаже ресторана, в котором на первом этаже гуляют свадьбу

А во время вашего разогрева перед киевским перфомансом Мэрилина Мэнсона понимали?

DS: На Мэнсоне тоже много было зевак. Ментал у нас такой – прийти «послушать хиты». Я тогда даже со сцены прикололся: мол, ребята, вы нас не знаете – подождите, мы сейчас сыграем для тех, кто нас знает, и уйдем.

ДС: Я потом зашел на задний сектор Дворца спорта послушать с трибун выступление Мэнсона. Там много людей вообще сидели в неадеквате – листали ленту в телефоне. И ожидали какого-нибудь мэнсоновского кавера вроде «Sweet Dreams» или «Personal Jesus».

DS: Но суть даже не в этом. Сейчас мы говорим об Оксане Билозир, но будет ли она говорить о нас? Не в регалиях дело. Как музыкант о музыкантах будет говорить?

Думаю, нет.

DS: Уверен, что не будет. Оно ей надо? Вот ты намекаешь, что людям в зале тоже не особо нужно качество звука и так далее. Но ведь это неправильно. Музыкант всегда должен кайфовать от своего присутствия на сцене. Играть не только для публики, но и для себя. Не знаю, может, у них там лимит какой-то по звуку. Мы сидели на балконе. И мне казалось, что я нахожусь на втором этаже ресторана, в котором на первом этаже гуляют свадьбу. Даже гитарные соляки выдавались под «плюс».

А как вы оцениваете публику, пришедшую сегодня на концерт? Я не говорю о VIP-персонах и представителях власти. Я о тех людях, которые купили билеты.

DS: Они потребляют продукт классических медиа. Слушают тех, кого знают. А знают кого? Того, кто в эфире национального радио и телевидения.

ДС: Ну, чувак, не в том дело. Ты можешь быть офигенным… не знаю… архитектором. Жить изысканно и круто, читать Аристотеля. Но при этом воспринимать музыку как фон. Грубо говоря, твои музыкальные эмоции примитивны – либо танцевать, либо плакать. А вот именно ковыряться в каждом звуке, вслушиваться… Нет, у них другие приоритеты в жизни. Устроить себе праздник – прийти с женой на концерт Оксаны Билозир гривен за 150. Красиво одеться, выпить коньячишки, шампусика…

DS: Если деньги есть. Потому что я видел, как большинство народа вывалило сюда из метро. Мы не имеем никакого права утверждать, что увиденное и услышанное нами сегодня – говно. Потому что это не совсем так. И мы, наверное, не до конца понимаем все нюансы подобных шоу. На каждый продукт есть свой покупатель. Я могу долго сейчас рассуждать о звуке и отдаче музыкантов. Но если бы они сказали мне: такой умный, да? Выйди сыграй! И я бы сыграл. Но публика бы не поняла.

Нет качественной системы промоушна украинского альтернативного музыкального продукта. Нам банально афиши по Киеву повесить дорого. А афишами Билозир весь Киев заклеен

ДС: И потребовала вернуть на сцену Билозир с оркестром. У нас же разобрать ничего нельзя – все гремит шумит, свистит.

DS: Я не всегда попадаю в ноты, а Оксана Билозир попадает в них идеально. Но у нас разные критерии оценки музыкального творчества, вот и все. У меня ее творчество не вызывает никаких эмоций. Ну, молодец. Показала, что не зря Министром культуры была. И мужик ее молодец. Стоит с гитарой, не стесняется. Он же директор Дворца «Украина»! Плюс она политик, социальный деятель, дружит с президентами и митрополитами. А мы занимаемся исключительно музыкой.

SinoptikЯ уже не первый десяток лет слушаю стенания представителей альтернативной украинской музыки о том, как все сложно с медийностью, пониманием у широких масс и так далее. Но ведь андеграунд на то и андеграунд. Вы – это альтернатива. Группа SINOPTIK на сцене Дворца «Украина» — это, как минимум, странно.

DS: Я просто хочу, чтобы мою музыку, как минимум, слышали. И чтобы украинская массовая музыка имела достойную альтернативу с достойными медийными возможностями. Думаешь, в андеграундной тусовке нет «звездных войн»? Там происходит такая же гнилая хрень, как и в попсовом шоу-бизнесе! Просто тусовки этой практически не видно, ее нет.

Нам ни «Океан Ельзи», ни Мэрилин Мэнсон не дали особого медийного скачка. Нет качественной системы промоушна украинского альтернативного музыкального продукта. Нам банально афиши по Киеву повесить дорого. А афишами Билозир весь Киев завален.

Да, вы обратили внимание, что объем рекламной визуализации концерта Оксаны Билозир на фасаде Дворца «Украина» в несколько раз превышает объем афиш концертов Монсеррат Кабалье и Лары Фабиан? 

ДС: Думаю, Монсеррат Кабалье при этом совершенно пофиг. Она-то свой гонорар получит по-любому. У нее понты реализуются в другом измерении.

DS: Понты – наше все! Как говорит один мой знакомый музыкант, если бы каждый понт был маленьким светлячком, над нашей страной непрерывно наблюдалось бы северное сияние.

В 2001 году Оксана Билозир сотрудничала с продюсером Виталием Климовым («Табула Раса», «Океан Ельзи», Fontaliza и др.) и аранжировщиком Дмитрием Ципердюком («Ла-Манш», Dazzle Dreams). Вы заметили влияние этих людей на ее музыку?

DS: Музыкальный почерк – это фирма. И здесь не имеет значения, андеграунд ты или поп-исполнитель. Это Давид Тухманов, Владимир Ивасюк, Константин Меладзе, да тот же Святослав Вакарчук. А здесь – вряд ли.

ДС: Лично я ничего такого не услышал. Хотя, быть может, все «мясо» планировалось на финалочку, до которой мы не дотерпели. Нет музыкального почерка. Есть почерк «йоники Ямаха». Я родом из маленького городка Курахово в Донецкой области. У нас была только одна забегаловка с живой музыкой, где мой знакомый – старый прожженный рокер – играл каверы. Если песня ему нравилась – он брал гитару и лабал, а если нет – включал фонограммку на синтезаторе YAMAHA PSR. Музыканты поймут, о чем я.

Нет желания написать песню на украинском языке?

ДС: У нас есть совместная работа с Гапочкой (композиция «Друг» — ред.).

DS: А у меня есть песня на украинском языке, но не в проекте SINOPTIK. Я ведь думаю и говорю на русском. А на английском пишу… эффективнее, что ли, чем на украинском. Я не хочу провокаций по этому поводу. Моя бабушка всю жизнь пела в народном ансамбле. На украинском языке. Мои родители сейчас живут в Донецке. Они знают украинский и могут говорить по-украински. В этом нет никакой позы и политического оттенка. Я просто русскоговорящий и англопишущий.

ДС: Если мы говорим о конъюнктуре, думаю, у публики ничего особо не поменяется в плане восприятия нашего творчества. Ну, представь: «О, хлопці гарно співають українскою! Підемо слуханемо їхні пісні». Приходять, а там 12-хвилинний соляк на гітарі…

Мне бы хотелось, чтобы вы объяснили читателям, почему мы не до досидели до финала концерта Оксаны Билозир. Ведь, насколько я понимаю, дело не только в звуке и шоу.

DS: Я все понимаю. Но мы из Донбасса. Мы ощутили эту войну. И в какой-то момент на меня навалилась непреодолимая грусть, которую стимулировала главная героиня этого шоу. Если бы я был на месте матери, потерявшей сына на войне, я бы, наверное, не смог эмоционально пережить некоторые исполняемые песни.

У меня жена и дочь. И я выносил свою новорожденную дочь из роддома под обстрелами. Поэтому у меня нет однобокого восприятия всей этой ситуации. Мне кажется, на подобных концертах должно быть максимум положительной энергии. Не нужно человека «давить». Само собой, я не говорю о каком-то балагане. Но здесь мы опять увидели и услышали месседж в духе «колись ми доживемо до кращих часів». Колись. Я хочу жить сейчас! Не спать в надежде на светлое будущее после пробуждения, а менять что-то самому!

После интервью Дима Синоптик согласился подкинуть меня на Левый берег.

Денис Путинцев 2Как у вас с концертами в Украине?

Да организаторы просто тупо лентяи! Я им говорю: «Давайте вот это сделаем и вместе заработаем!» А им не нужно. Имеют себе на хлеб и колбасу с сыром. И их это вполне устраивает. Развиваться никто не хочет!

Тяжело оставаться просто музыкантом, не уйти в сторону за баблом?

Знаешь, я нигде не работаю. Занимаюсь только музыкой. Конечно, тяжело. Зарабатываем в основном в Европе. Здесь больше все сами делаем, практически на энтузиазме. Ничего, по ходу разберемся…

Я хлопнул замерзшей дверью. А один из лучших музыкантов украинской альтернативной сцены умчал сквозь заснеженный Киев на своем микроавтобусе, который вскоре увезет SINOPTIK в очередной тур.

Фото: Сергей Тимофеев

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ: Вой среди чужих. Как певица СолоХа ходила на концерт Stoned Jesus